Сибкрай.ru

Любовь Иванова

"Фантастическое музыкантство" по-сибирски

Кен Пепловски, поляк *, рожденный в США, приехал в Новосибирск удивлять кларнетом, который любят все, кто знает имя Бенни Гудмена. А Кен застал его и играл с ним! Когда в дом приносят первый кларнет, и абитуриент музшколы берёт его в ручонки, инструмент кажется огромным. А когда черное дерево с кнопочками начинает звучать, он так велик, что пробивает стены и потолок квартиры, соседи сразу понимают: в доме теперь живёт музыка. И она не сдаётся.   Международный джазовый фестиваль собрал в Новосибирске несдающихся джазменов и вуменов, и это пиршество звуков посетило полгорода, скажем так. Мы люди не скупые на краски, по сути музыка в миллионнике должна звучать с преобладанием в сторону виртуозности. Тем более, что есть кластер. То есть и музшколы, и колледж имени Аскольда Мурова, и консерватория, и, наконец, симфонические и джазовые оркестры университетов, театров и филармонии. Богато!  Пепловски выступал вместе с Биг-бэндом Владимира Толкачева и не скрыл восторга, бросив в зал публике это определение происходящего с ним и всеми присутствующими – «фантастическое музыкантство!» Не он один высоко оценил класс игры и общее настроение фестиваля, организованного, с моей точки зрения, безупречно. Я не придира. Люблю праздник. Люблю красоту и мысль, которая есть в хорошей музыке обязательно. А если ничто не мешает её слышать и видеть – то вот оно счастье.   Мне понравилось обновление, предложенное на этот раз организаторами фестиваля в филармонии. Вплоть до концерта для детей. Мастер-классы, ежевечерний джем, разнообразие программ в довольно обширном восьмидневном концертном обслуживании наших потребностей. Да, вот так. Миллионнику, богатому и процветающему нужна такая музыка и такое обслуживание потребностей. Уж извините, это шансоном и рэпом не отбить, нам нужен сложный виртуозный конгломерат, мы ж – город ученых, банкиров и бизнесменов разного рода, да и рабочему классу, исчезающему под джинсовой атакой Америки, тоже от джаза не метнуться в сторону никак. Спросите у ведущего джазовых вечеров Кирилла Мошкова – и он скажет, что ассоциации с чем-то дорогим неизменно ведут в сторону джаза.  Но мой блог вынужден свернуть в другую сторону. Роскошь музыкального общения отображена была в наших СМИ по-разному, но одинаково скупо. Я склонна была винить слабость репортёров и редакторов телеканалов, особенно ГТРК"Новосибирск", не развивших у себя чувство прекрасного, погрязших в текучке происшествий и бытовых драм с поножовщиннкой. Но есть и ещё одна причина, толкающая внимание публики в сторону от «генеральной магистрали». Джазовое уныние исходит от привычки, выработанной десятилетиями – проговаривать одно и то же. И как это ни странно, им заражен наш великий знаток и писатель, историк и в прошлом известный боец джазового фронта Сергей Беличенко. Джаз, видите ли не просто ноты, это орудие и средство атаковать сознание. Поскольку ноты везли «оттуда», то и замысел исходный был сорвать соцстроительство и коммунистический пламень загасить струёй загнивания и пены.  Вроде как наши слепо повелись на синкопы и импровизации, и планета покатилась вокруг солнца по неправильным кругам. Согласна, любую музыку можно испортить, например, наклеив к рекламе зубных протезов или ёршиков для унитазов. Тут ни Моцарт ни джаз ни выдержат, погибнут от неподобающего применения силы и качества звука.  Но всё же. Есть какой-никакой действующий комитет знатоков и кураторов, хедлайнеров и авторитетов, чтобы работать и воспитывать у публики вкус к лучшему, отторгая худшее.  Но пока что-то удаётся, а что-то – как горящие леса, не понятно, какими самолётами их тушить с воздуха.  Почему ГТРК не любит джаз, скажите мне, друзья дорогие? Посмотрите на Александра Задорожного – разве не идёт к нему в руки как бы сам собою саксофон – он же вылитый саксофонист по типу сложения и темпераменту. Нет же, посадили в "интервьюЭры" паренька совсем без необходимой харизмы для горячих бесед об искусствах – Игоря Мельникова. Игорька! Да, он наша новосибирская знаменитость, снимался в Москве как уникум, запоминающий адреса 15-ти разных пицц, чтобы всем клиентам безошибочно доставить, ура.  Он пробивается в жизни как одуванчик сквозь асфальт, потеряв зрение в малолетстве, оканчивает Педуниверситет по специализации «журналистика», ну, браво же, браво! Однако, такой тип ведущего требует особенного типа программы, он не может быть универсальным ведущим, он гасит любого, кого приглашает для интервью на телевидение. У меня возникает подозрение, что он не готов к интервью зачастую. Несколько его выступлений на канале «Россия-24» с его обескураживающими наивностью вопросами с «закосом под знатока» позволяют сделать этот неутешительный вывод.  Но, ладно бы – «закос под знатока», это можно терпеть, понять и простить, а вот то, что посадив перед собой Беличенко, Игорь не удосужился прослушать предварительно программу той же ГТРК на радио несколькими днями ранее и начинать заново повторять одни и те же навязшие в зубах вопросы о том, как пришёл джаз в Новосибирск... И приходится опять слушать, что в совхозе немцы играли, как сказал радиоведущий «в хлеву»... Беличенко, в отличие от Мельникова, не попудрили, не причесали – как вбежал в мыле с фестиваля, так бухнулся в кресло и давай вещать одно и то же, сто раз подряд гово́ренное-перегово́ренное. Ни слова о том, кто приехал и что за чудеса выросли на ниве джаза у нас тут на новосибирской почве.  В то время как в подводке самым очаровательным образом нас заманивала Алёна Шандурова текстом буквально такого содержания:  - Грандиозный джазовый фестиваль в Новосибирске, событие неординарное, он невероятно богат на звонкие имена мэтров и молодых, но известных в мире коллективов. Каждый из них открыт эксперименту, потому что джаз это если не в чистом виде экспромт, то в любом случае импровизация высочайшего уровня исполнения. О сложной, сердечной и духовной музыке, о том, кому она может быть доступна и почему, несмотря на аншлаги, интерес к музыке падает - мой коллега Игорь Мельников пообщался с музыкантом, историком джаза Сергеем Беличенко.  Пообщался, да. Как же. Занудно завёл шарманку о том, что к джазу теряется интерес, про наполовину заполненные залы, про... короче, было впечатление, что ни тот ни другой «пообщант» не были на фестивале, о котором трындят, простите за выражение.  А ведь был! Сергей Беличенко великолепно смотрелся на сцене рядом с Кириллом Мошковым в качестве соведущего и главного знатока тайн рождения джаза в Сибири.  Тайна сия велика есть. И объяснять публике, что музыка в город пришла из совхоза – это как течение рек объяснять от истока к морю - но реке не нужны консерватории, чтобы стать морем - только уклон.  Если нет документов, а только заметка в газете «Советская Сибирь», то не надо считать это достоверным источником. Я тоже читала в томской газете заметку о скульптуре Веры Штейн над входом в театр оперы и балета Новосибирска, озаглавленную красиво «И оживает МРАМОР». А барельеф-то бетонный. Давайте считать, как в газете, мрамор, значит мрамор. И пусть «оживает».  А это вот, сказанное уважаемым и любимым мной горячо Сергеем Андреевичем в тёмные очки собеседника Игоря Мельникова, как железом по стеклу:  - Вы знаете, я всегда очень отрицательно отношусь к слову «элитарный» Джазовую музыку одинаково может воспринимать и олигарх, и бедный человек, и представитель уголовного мира, и студент. Но, в основном, это 35-40 лет, то есть люди, которые застали, когда джаз был в фа́воре. Молодежь, которая немножечко интересуется музыкой. Профессионалов – из тысячи, что будет сидеть на концертах, а билеты все проданы – ну, в зале настоящих джазоманов будет человек 50-60. Но люди идут, особенно молодёжь, вы знаете, люди услышат, это будет маленький мостик к дальнейшему продвижению в любви к этой музыке. Так что именно для этого и делается.  Послушайте, как же так?! Если всё так ровно-одинаково воспринимается и уголовником, и студентом, и олигархом, то зачем нам все эти консерватории? Для полсотни знатоков на весь мегаполис?  Музыкальная и музыкантская культура НЕОБХОДИМА любому, но даётся не всем. У кого-то есть возможность, есть талант, слух, а кто-то обделён природой и воспринимает искусство в обеднённом виде собственных ограничений. Но – чтобы воспринимать музыку во всей её полноте и силе, надо обязательно расти и развиваться. «Маленький мостик» - это извините, звучит для козлика, который идёт-качается, вздыхает на ходу «ой, досточка кончается, сейчас я упаду».  Мощь впечатления от восьми дней концертов в великолепном филармоническом зале имени нашего великого дирижера Арнольда Каца – это не «мостик», это бурное впечатление, таран для души, чтобы прорвать стену на пути к прекрасно исполненной музыке – современной, нашей, поскольку сами видим – границ у неё нет. Поляк* Кен может родиться и действовать в Америке, а сибиряк может прижиться в Германии – все соберутся у единого джазового костра, согревающего столицу Сибири в благословенном мае 2019 года. Тягу, дайте сильную тягу, а не жидкий хилый «мостик». Есть ведь такие прекрасные возможности. И не обижайтесь, дорогие герои моей взволнованной публикации. Я всё равно вас люблю и верю, что всё ещё можно сделать очень хорошо! *Поправка от Кирилла Мошкова.  Кен Пепловски - американец, родившийся в Кливленде, штат Огайо. Ничего общего с польским народом, кроме унаследованной от предков фамилии, у него нет. PS Надеюсь, Кен Пепловски не в обиде. Мысль о том, что классный музыкант может иметь любое происхождение, любую фамилию, жить в любой стране, но приехав на Sib Jazz Fest он становится немножко сибиряком - в силе. В другой раз, если хватит дерзости, назову его сибиряком. 8)