Сибкрай.ru

Порочный круг штрафстоянок: часы в очереди и нехватка парковок
Фото: innoginsk.ru

Порочный круг штрафстоянок: часы в очереди и нехватка парковок

Российский поэт Владимир Берязев столкнулся с системой работы штрафстоянок в Новосибирске и написал об этом в образной и эмоциональной форме. Поскольку тема штрафстоянок остается для Новосибирска актуальной не один год (стоит только вспомнить вереницу историй «паркменов», отказавшихся покидать свои автомобили, уже подхваченные эвакуаторщиками, и скандал с участием депутата), редакция Сибкрай.ru решила опубликовать заметку поэта. С его субъективной оценкой ситуации можно соглашаться, а можно – нет. 

Для своей заметки Владимир Берязев предложил следующий заголовок – «Пусть Чапай думает, а нам трясти надо». В качестве эпиграфа он привел строки Александра Пушкина: «К чему стадам дары свободы? Их должно резать или стричь». Далее редакции приводит текст Владимира Берязева без существенных изменений. Мнение редакции может не совпадать с авторским. 

«Двойные стандарты как способ соблюдения собственной выгоды свойственны не только развитым демократиям Запада. Уверяю вас, этот принцип работает и весьма эффективно в любом обществе, организованном по принципам корпоративным, олигархическим, монопольно-корыстным. Другими словами: везде-везде, где есть стадо и есть пастухи, быку не позволено делать то, что позволено Юпитеру. Отсюда власти Новосибирска в лице облсовета, мэрии и подчиненных им силовых структур поступают ровно так, а не иначе. Если для врача главное «не навреди», то для чиновника, депутата или МВДэшника главное – «не навреди себе».

Наиболее ярко сей сложившийся за четверть века уклад проявляется в ставшей уже притчей во языцех деятельности ГИБДД с изощренно-специфической, провокативной системой расстановки дорожных знаков; в «созидательных» трудах мэрии, пафосно рапортующей о ликвидации парковочных карманов в центре города и не любящей вопросов об открытии обустроенных платных парковок; но особенно хочется отметить службу эвакуаторов авто – с пресловутыми штрафстоянками. Еще пять лет назад доход этого бизнеса оценивался в 150 миллионов рублей в год, сегодня, по оценкам некоторых экспертов, он приближается к миллиарду рублей.

Впервые я испытал все прелести этого «рэкета», обернутого в оболочку закона, еще не будучи безработным, году в 12-13-ом. Тогда, приезжая либо в храм Александра Невского, либо на профилактику своей вялотекущей гипертонии в госпиталь, я ставил машину на довольно просторную стоянку напротив, близ пешеходного моста через Транссиб. Как правило, это происходило зимой, стоянка была заполнена автомобилями и, в общем, все было нормально. Однако однажды заехав на нее в апреле, я с некоторым сомнением увидел лишь два припаркованных авто. После возвращения из госпиталя я тогда ни своего, ни другого транспорта не обнаружил. А возвращал, помнится, часов 12, чуть ли не до утра с величайшими муками. Как мне объяснили: «Зимой под снегом поребрик не виден, поэтому мы не имели права забирать авто на штрафстоянку, а по лету считается, что это тротуар». Хотя на тротуар эта площадка всяко не похожа. От вопроса, почему знак запрещающий нельзя поставить, мягко уклонились. Делаю вывод: зачем ставить знак и лишать заинтересованных людей кормушки?

В начале февраля прошедшего подъехал я к 12.00 в госпиталь ветеранов поставить пломбу, выпавшую за неделею до того. Поскольку я ветеран информационных войн и инвалид идеологического фронта, припарковал машину у входа в госпиталь, после знака «Р» («паркинг») и в течение часа получал те самые медицинские услуги, предусмотренные страховым полисом. Выйдя с новым зубом в нижней челюсти, я с изумлением обнаружил, что автомобиль мой, Renault Logan, на парковке отсутствует. Оказывается, наискосок от места моей парковки был еще один знак, который я не мог заметить из-за козырька противосолнечного и огромного джипа, загораживавшего оный. В результате пломба, за которую я заплатил (за материалы) около 1500 рублей, обошлась мне в 7500 рублей и пять часов нервов и ожидания в очереди ГИБДД. Таких горемык, подобных мне, там было около 200 человек. Обращаю внимание на одну существенную деталь: черный, сияющий лаком джип Lexus 570, что загораживал мне обзор и сам стоял под знаком с инвалидной коляской, так никто и не тронул. Полагаю, либо побоялись при повреждении во время эвакуации многотысячного иска (есть прецедент с уплатой 200 тысяч рублей за царапину), либо имеется договоренность с соответствующими службами: мол, своих не трогаем. Читатель пусть сам выбирает наиболее правдоподобную версию…

Диспетчер службы 002 ласковым женским голосом сообщила мне, что, да, на самом деле  мой автомобиль был эвакуирован на штрафстоянку на Воинской, в начале Ипподромского шоссе; а для дальнейших процедур мне необходимо ехать на левый берег, в ГИБДД на улицу Станционная, 24. Информировала неверно, на Станционной давно уже никаких процедур не совершают, отстроен специальный двухэтажный офис на Воинской. Но таковое введение в заблуждение почему-то представляется мне не случайным, а еще одним эпизодом, затягивающим нахождение авто на штрафстоянке и тем самым увеличивающим ущерб владельца и доход эвакуаторщиков.

Однако поцеловав пробой, не солоно хлебавши, я таки не стал уезжать со Станционной вхолостую, но, воспользовавшись своим удостоверением «Пресса», зашел в кабинет майора Чусовой Натальи Геннадьевны, которая курирует эти службы. Товарищ майор любезно выслушала меня, даже за минуту выяснила, что эвакуацию оформлял протоколом инспектор ДПС Понамарев, выразила недоумение: мол, почему вас направили сюда, на Станционную, уже несколько лет мы здесь никаких действий по арестованным авто не проводим.

Тогда я попытался задавать вопросы:

– почему под знаком паркинга перед стоянкой у госпиталя нет указания «для инвалидов», хотя перед вашим офисом на Станционной красуется именно таковой знак;

– почему инспектор ДПС Пономарев, составлявший протокол, не потребовал до сих пор под знаком «Р» перед въездом на стоянку тоже повесить значок инвалидной коляски, нет ли в этом его личной заинтересованности;

– почему на Немировича-Данченко напротив областной больницы через каждые 100 метров расположены парковочные карманы, оснащенные знаком «Р», который прекрасно виден с дороги, а отдельно, дальше – знаком, обозначающим парковку для инвалидов, а вот его увидеть намного сложнее, случайность ли это;

– поскольку я пациент госпиталя, значит, для таких, как я, и создана парковка у больничного комплекса, отчего же пациентов за это столь жестоко наказывают?

Майор Чусова покачала головой и с улыбкой сообщила мне, что для подобных комментариев ей необходимо специальное разрешение, а если меня что-либо не устраивает, я имею полное право обратиться в суд по месту жительства.

После чего я вызвал такси и около трех часов провел в очереди в офисе ГИБДД на Воинской. Когда я зарегистрировался, документы оформлял 93-й пострадавший, я же был в очереди 147-м, получив талон с оным номером. Делаю вывод: ежедневно этой скорбной чередой проходят только на улице Воинская от 200 до 250 человек, а таких спецстоянок по городу четыре. Помножьте на 30 дней и посчитайте скорбную очередь за год. А теперь прикиньте, какое количество народа возненавидит или уже возненавидело ныне действующую городскую и областную власть вместе с депутатами и исполнителями их воли?

Я внимательно посмотрел на лица ожидавших. С некоторыми даже удалось побеседовать. Это в подавляющем большинстве люди весьма не богатые. Автомобиль давно перестал быть показателем благосостояния, но превратился в необходимое условие зарабатывания на хлеб. А когда от тех невеликих крох у тебя насильно отнимают последнее, становится особенно не по себе. Я не удивлюсь, если у кого-то случится шок, сердечный приступ, гипертонический криз – в этом случае, кто за это человеческое страдание будет отвечать? Кому можно предъявить иск?

Вот лишь несколько историй, говорящих сами за себя.

Известный случай с активистами патриотического движения «Русский прорыв», которые отправляли весною 15-го года добровольцев и гуманитарный груз на Украину. «Мы припарковали автомобиль напротив кинотеатра «Маяковский», вещи быстро загрузили в автомобиль, через пару часов должны были стартовать, сами пошли встречать ребят, возвращавшихся с краткосрочной побывки дома снова на Донбасс, отсутствовали приблизительно минут 30», – писал в своем «ЖЖ» Андрей Шевченко. Но по возвращению машины уже не было, выручать ее пришлось с помощью мафии так называемых «паркменов», которые зачастую пасутся под видом таксистов здесь же.

Или еще. Анна долго не могла найти место для парковки. Ей надо было завезти документы в офис бизнес-партнеров. Пришлось оставить машину в неположенном месте. Через пять минут девушка вернулась, но уехать не смогла – ее автомобиль уже грузили на эвакуатор. Ущерб, с помощью тех же мошенников, – 15 тысяч рублей и сутки жесточайшего стресса.

Беседую с молодой парой студенческого вида. Зашли выпить по чашке кофе где-то на Советской, отсутствовали минут 15. Итог – потерянный день и удар по невеликому бюджету.

Мама рассказывает: завела девочку в кружок для рисования, пока раздевала, провожала на занятия, машина исчезла. Папа лет тридцати с небольшим привез сына на секцию единоборств с тем же самым результатом, что и предыдущий.

Трое рабочих разгрузили стройматериалы из своей раздолбанной «шестерки». Пока заносили в подъезд, в ремонтируемую квартиру, их видавшее виды авто испарилось.

Курьер, развозящий деловые бумаги, лишился автомобиля в районе улицы Коммунистическая.

Таких историй сотни и сотни. Зайдите на форум.

А теперь навскидку скажите мне, сколько оборудованных платных парковок вы можете припомнить в центре Новосибирска? Ну, скажем, на всем протяжении Красного проспекта?..

Кроме Дома офицеров, ЦУМа, рынка «Центральный», МФК «Манхэттен», «Ауры», парковок на Романова да на углу Советской и Вокзальной магистрали что-то я ничего не припомню. Это ж что получается – семь не шибко великих парковок на гигантский мегаполис?!

Возникает закономерный вопрос: это глупость или преступление? Или то и другое, замешанное на коррупционных схемах и весьма значительной личной заинтересованности определенных групп в современной городской власти?

С другой стороны, оно и понятно. Надо изыскивать возможности, разрабатывать и утверждать проекты, выделять средства из бюджета, пропагандировать эти услуги на ТВ, в СМИ и на билбордах. То есть работать надо, работать по полной программе.

А если не приучены?

Тогда как в старом анекдоте:

— Товарищ прапорщик, ну, вы подумайте хоть немного.

— А чего тут думать! Трясти надо!

И впрямь, пока на тебя сыплется бабло сверху без особых интеллектуальных усилий с твоей стороны, почему бы не потрясти это плодоносящее народное древо…

Но лишь до той поры, пока оно не рухнет под бременем стихий и не придавит насмерть выгодоприобретателя. Всякому терпению, даже русскому терпению, иногда приходит конец. И тогда поздно будет вспоминать другую цитату Пушкина про бунт «бессмысленный и беспощадный».