Сибкрай.ru

Яркие моменты и премьеры: «Я» и «Ты» Транссибирского фестиваля
Фото: Транссибирский арт-фестиваль | Александр Иванов

Яркие моменты и премьеры: «Я» и «Ты» Транссибирского фестиваля

Вселенский размах в исполнении Штрауса, пять премьер и приезд одного из самых авторитетных современных композиторов Софии Губайдулиной – основная программа Транссибирского арт-фестиваля завершилась в Новосибирске. О том, каким был пятый арт-фестиваль, и что он дал Новосибирской области, специально для Сибкрай.ru рассказывает известный искусствовед и музыкальный критик Ирина Яськевич.

Недавно довелось услышать мнение, что неплохо было бы Вадиму Репину  уже что-нибудь сделать для родного города – вот, например, Денис Мацуев проводит фестиваль в родном Иркутске, так он там школе рояль подарил, а Транссибирский фестиваль только наш областной бюджет разоряет. Честно говоря, была обескуражена. Во-первых, информация недостоверная, во-вторых, даже если и подарил, то явно не Steinway, а уж простым школьным инструментарием, полагаю, любое региональное министерство культуры свои детские музыкальные школы обеспечить в состоянии. А вот то, что делает для новосибирской культуры скрипач Репин и его фонд, трудно переоценить, и как-то переводить его вклад в материальное измерение даже неловко. 

Дело не только в обширных концертных программах, которые сами по себе – огромное художественное событие (да, они бывают неровными, случаются неудачи, но в этом году как раз программа была блистательной, и об этом речь впереди), но и в бесценном образовательном сопровождении этого грандиозного проекта, и в целом в том культурном и коммуникационном контексте, который Вадим Репин создает в нашем городе, и который с нами остается навсегда, ибо высокая культура, к счастью, субстанция непреходящая и неотчуждаемая.

Вот с этого так называемого бэкграунда, не всем заметной подводной части айсберга, и начну обзор пятого Транссибирского фестиваля. В его программу вошли выставки картин Марии Кононовой и фоторабот Александра Иванова – обе были связаны с искусством музыки. Был показан новый фильм Бруно Монсенжона «Мстислав Ростропович. Неистовый смычок». Состоялось несколько открытых для широкой публики творческих встреч, в том числе, с идейным вдохновителем и главным организатором, а по совместительству – выдающимся современным скрипачом Репиным, а также с живой легендой современного музыкального исполнительства – скрипачом Гидоном Кремером. Кремер показал новосибирцам получасовой музыкальный фильм «Картинки с Востока», в котором под музыку Шумана идет рассказ о трагических событиях, происходящих в современной Сирии, о проблеме беженцев. Нужно заметить, что новосибирцам несказанно повезло: вряд ли у них была бы другая возможность увидеть этот фильм – пронзительное и глубокое гуманистическое высказывание, облеченное в музыкально-пластическую форму, да еще и в представлении одного из авторов. 

Постепенно разрастается образовательная часть фестиваля. Мастер-классы крупнейших музыкантов всегда входили в его программу и постепенно их количество росло. С прошлого года они переместились из Новосибирской государственной консерватории в большой зал ДК «Энергия», а программа их под общем названием «Просто общайся со звездой» (и замечу в скобках – абсолютно бесплатно), стала столь плотной, что возникает ощущение, будто эти настоящие звезды музыкального исполнительства просто в очередь встают, лишь бы дать свой мастер-класс, и некоторым удается это сделать не по одному разу. Обучение рассчитано на самую широкую аудиторию – как профессиональную (причем, что называется, 6+), так и любительскую, предполагает живое и непосредственное общение и вызывает растущий интерес.

Впервые в рамках транссибирского фестиваля смогли пройти обучение и музыканты редкой, вымирающей (по мнению некоторых) профессии, – музыкальные критики, или те, кто желает ими стать несмотря ни на что. По инициативе и при деятельном организационном участии главного редактора газеты «Музыкальное обозрение» Андрея Устинова состоялись занятия в академии арт-журналистики, слушателями которой стали более 70 в основном молодых людей, начинающих музыковедов и журналистов, не только из Новосибирска, но и других крупных городов России, а спикерами – опытные (хотя и относящиеся к разным поколениям), преимущественно столичные «акулы» музыкально-критического пера. 

арт-фестиваль5.jpg

Плотная и насыщенная программа занятий, возможность посетить концерты и творческие встречи фестиваля (для многих иногородних при иных обстоятельствах недоступная) сделали свое дело – увлекли слушателей, внушили надежду на расширение рядов музыкальных критиков, а торжественно врученные участникам сертификаты о прохождении обучения, думаю, стали для них серьезной мотивацией для продолжения занятий, во всяком случае, в соцсетях многие об этом написали и выложили свои тексты о концертах фестиваля. Вот и «круглый стол» с провокационной постановкой проблемы «Музыкальная журналистика. Есть ли будущее?», хоть и поставил ряд важных и сложных вопросов, касающихся редкого вида творческой деятельности, закончился все же оптимистично – подавляющее большинство его участников голосованием выразили свою уверенность в необходимости музыкальной критики, как неотъемлемой составляющей культурного контекста. 

Но все же ядром – или сияющей надводной частью айсберга – Транссибирского арт-фестиваля, несомненно, остается его концертная программа, которая и создает вокруг себя это плотное поле культурных событий. Фестиваль отметил свой первый «юбилей» на творческом подъеме – пожалуй, нынешний музыкальный праздник был самым насыщенным выдающимися художественными явлениями, яркими программами, вдохновенными исполнениями. 

Начался он с концерта, который, пользуясь музыковедческой терминологией, можно назвать вершиной-источником. За пультом Новосибирского академического симфонического оркестра (НАСО), как и пять лет назад, стоял прославленный Кент Нагано, но если тогда исполненная ими «Фантастическая симфония» Берлиоза вызвала сложные эмоции, ощущение недоделанности, то на этот раз дирижер и оркестр нашли общий язык. Оркестровая пьеса «Так говорил Заратустра» Штрауса, сложная как по глубине философского содержания, так и по густому, плотному и красочному оркестровому письму, была воплощена с необходимым вселенским размахом. Программу первого концерта великолепно дополнили безупречно сыгранный Репиным концерт Бруха и масштабная, но по преимуществу лирическая фантазия для фортепиано, хора и оркестра Бетховена, в исполнении которой приняли участие Новосибирская хоровая капелла и пианист Константин Лифшиц. Этот музыкант уже на следующий день выступил с сольной программой, концептуально соединившей «Английские сюиты» Баха и фортепианную музыку Бернстайна. Концерт назывался загадочно: «Герой нашего времени». Полагаю не многие знали/помнили, что два года назад Лифшиц в отчаянной ситуации, когда на заключительные концерты фестиваля не смог приехать один их заявленных исполнителей, срочно прилетел, сходу вошел в репертуар и не просто спас его, но и украсил своей яркой и неповторимой пианистической  индивидуальностью. Конечно – герой! Но и в исполнении им громадной, очень сложной сольной программы в трех (!) отделениях, да еще и с двумя полноценными бисами, тоже было нечто героическое. Не всякий музыкант сможет так долго держать внимание публики, но Лифшицу, с его очень энергетичной атакой, безупречной техникой, каким-то удивительно «цветущим» звуком, который любому произведению в его исполнении придает особую витальность, вольных дух и позволяет рискованные трактовки, это удалось вполне.

Первые концерты задали два основных вектора фестивальной программы – оркестровый и камерный, – и далее она начала двигаться от кульминации к кульминации и к венчающей всю композицию высокой ноте финала. Остановлюсь на том, что невозможно пропустить.

«Тихой кульминацией» всего музыкального марафона стал концерт Гидона Кремера и его прибалтийских коллег под названием «Прелюдии к ушедшему времени». Так называется проект Кремера, представленный в первом отделении, сердцевину которого составляет цикл пьес советского композитора, ученика  Шостаковича Мечислова Вайнберга. Творчество этого крупного музыканта было недооценено при его жизни и, в общем-то, забыто после смерти в 1996 году. Однако в последние годы, благодаря крупным музыкантам (например, Теодору Курентзису) его музыка возвращается к слушателям.

арт-фестиваль6.jpg

Кремер – один из тех, кто услышал в произведениях Вайнберга серьезные, глубокие и очень созвучные сегодняшнему дню высказывания. Он создал аудио-визуальный проект: переложил его 24 виолончельные прелюдии для скрипки соло и исполнил их одновременно с показом работ классика советской литовской фотографии Антанаса Суткуса. Для новосибирской публики он повторил свой проект. Это было то самое чудо, которого мы ожидаем перед встречей с искусством: музыкант воздействовал на зал буквально магнетически, завораживал, проникая в самые потаенные уголки души. Представьте себе огромную и затемненную сцену ГКЗ имени Каца, на заднике медленно меняются невеселые, но очень жизненные и узнаваемые черно-белые снимки нашего недавнего прошлого, а в луче света уже немолодой музыкант исполняет щемящую, пронзительную и при этом очень тихую, «шепотом» исповедь одиночества, монолог-прощание и монолог-прощение. Думаю, трагический гуманизм музыки Вайнберга, «оживленный» великим музыкантом, никого не оставил равнодушным – во всяком случае, зал как будто замер на этот час первого отделения. Далее музыканты сдержано, без внешних эффектов, но с глубоким внутренним проживанием исполнили камерные сочинения Шнитке: фортепианный квартет и фортепианный квинтет – замечательную, тонкую музыку, полную тайных намеков, грустной иронии, трудноуловимой смысловой игры. Гидон Кремер с виолончелисткой Гиедре Дирванаускайте приняли участие еще в одном концерте, где с Новосибирским академическим симфоническим оркестром исполнили концерт Гласса для скрипки и виолончели с оркестром. Выразительный, серьезный диалог двух инструментов (субъективность) и безмятежно-ровное просветленное настроение, создаваемое оркестром (объективность) определили структуру, драматургию и смысловое наполнение этого сочинения.
 
Были в программе фестиваля и эффектные кульминации. Прозвучали яркие виртуозные пьесы – «Цыганка» Равеля в исполнении Репина, «Времена года в Буэнос-Айресе» Пьяццолла в исполнении безупречного камерного оркестра «SejongSoloists» из Южной Кореи и излишне для этой музыки академичной Клары-Джуми Кан;  оркестровые «шлягеры» – Пятая симфония Чайковского и Пятая симфония Бетховена, которые Новосибирский симфонический оркестр сыграл с дирижером Лио Куокманом, темпераментным и выразительным, но слишком уж загоняющим темпы в финалах; «Фантастическая симфония» Берлиоза в интерпретации сдержанного Жан-Клода Казадезюса; и многое другое «из любимого». Всех сразила 11-летняя скрипачка из Великобритании Лея Чжу, с отчаянной смелостью, недетской силой и страстью и обескураживающей техничностью сыгравшая фантазию «Кармен» Бизе-Ваксмана для скрипки с оркестром. 

Лирическим центром программы стал сольный концерт Вадима Репина «Маме». По признанию скрипача, он уже 30 лет не выступал в такой программе на сценах родного города, за что ему попеняла мама Галина Григорьевна (кстати, те, кому довелось обучаться музыке, знает, что мама в этом процессе – одно из главных действующих лиц). Поэтому программа была подготовлена и посвящена ее юбилею. Аккомпанировал организатору фестиваля известный пианист Андрей Коробейников. Музыканты много и давно выступают вместе, дуэт у них сыгранный, радующий слушателей чутким и поистине партнерским совместным музицированием. Великолепно прозвучала в концерте музыка Дебюсси, Бартока и Грига. С особым чувством музыканты исполнили, а публика восприняла Сонату №1 для скрипки и фортепиано Прокофьева. Дело в том, что концерт состоялся на следующий день после страшного пожара в Кемерове, поэтому музыканты скорректировали программу выступления и довольно жизнерадостную прокофьевскую Сонату №2 заменили одним из самых мрачных и трагических сочинений композитора, которое он писал долго, в страшные и тяжелые годы (с 1939 по 1946). Музыканты погрузили публику в атмосферу тягостных раздумий, мучительных переживаний и высокой сосредоточенной скорби. 

арт-фестиваль3.jpg

В этом контексте уместно (хотя – кто мог предположить?!) прозвучала Высокая месса си-минор Баха. Величественное и грандиозное сочинение для хора, солистов и оркестра, написанное на латинские тексты католических молитв, полно живых и сильных эмоций, которые движут слушателя от трагически-сумрачного настроения, царящего в первых разделах, к ликующему и просветленному финалу, укрепляющему веру и дающему надежду. Мессу исполнило уже знакомое по прошлогоднему фестивалю международное содружество музыкантов: новосибирские хоровая капелла и филармонические камерный оркестр; солисты-вокалисты, группа continuo (орган и виолончель) и некоторые исполнители на инструментах в оркестре – из разных стран мира (сопрано Мари-Софи Поллак из Германии – лучшая из них); а всех музыкантов собрал, произведение отрепетировал и в концерте продирижировал Илья Король. В целом исполнение оставило очень хорошее, целостное впечатление, однако замечу все же, что новосибирская хоровая капелла пока не вполне владеет стилем немецкого барокко, а певцы ведут себя на сцене несобранно и раскачиваются, как в пионерском хоре. 

Еще одно направление внутри художественной программы фестиваля, которое в определенной степени можно отнести и к образовательной, просветительской его миссии, – это большой массив современной музыки, причем в настоящем понимании, созданной в последние годы, два-три десятилетия (забавно, но мы до сих пор иногда под «современным» подразумеваем весь ХХ век). Продвижение современного искусства – дело серьезное и непростое, это всегда риск, так как широкая публика в большинстве своем консервативна. Но организаторы фестиваля идут на этот риск и выигрывают. На это раз прозвучало, например, неизвестное в России, интересное сочинение Томаса «Шепот в тумане памяти» (в исполнении оркестра  «SejongSoloists»), упомянутый концерт одного из самых исполняемых американских композиторов Гласса. 

Важно и то, что на фестивалях можно услышать мировые премьеры, сочинения, специально написанные для его программ или персонально для Вадима Репина с посвящениями. В этом смысле юбилейный фестиваль побил рекорд – слушатели познакомились с пятью такими произведениями. Остановлюсь на двух из них, самых интересных и значительных.

Одночастный концерт для скрипки с оркестром Андрея Молчанова, будем надеяться, открыл путь сибирской музыке в программы Трансссибирского фестиваля. Исполнение этого сочинения новосибирского композитора среднего поколения, написанного по заказу фестиваля и на конкурсной основе, отнюдь не стало формальной данью уважения принимающей стороне. Зрелое, целостное, яркое по оркестровым краскам, с интересной экспрессивной партией скрипки оно органично вписывается в современный музыкальный контекст, и искренне хочется пожелать произведению хорошей репертуарной жизни, оно этого заслуживает. Солировал еще один знаменитый выходец из новосибирской скрипичной школы Антон Бараховский и, кажется, во всей полноте передал содержание этой насыщенной крайними эмоциями пьесы (исполнение же им концерта Моцарта может вызвать споры – оно показалось, пожалуй, приторно-нежным, манерным). 

Особые эмоции вызвал финальный концерт. В нем прозвучала музыка Софии Губайдулиной – автора, который уже несколько десятилетий входит в число самых авторитетных композиторов страны и мира, а для тех, кто помнит 60-70-е годы минувшего столетия, она еще является примером несгибаемой творческой воли, художника, смело и бесстрашно, в условиях сильнейшего идеологического пресса, прокладывающего свой сложный путь в искусстве и никогда не сворачивающего с него (в наше время – вновь актуальная тема!). «Живой классик» присутствовала на концерте. В первом отделении прозвучало ее относительно недавнее (2002) оркестровое сочинение «Всадник на белом коне», никак не связанное с рыцарской темой, но явно – с апокалиптическим «…и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить». Высочайший накал трагизма, героические попытки преодоления и трепет человека перед этим огромным и непостижимым миром – содержание этого сочинения поистине космического масштаба. И, безусловно, особым подарком стала мировая премьера сочинения Губайдулиной, которое она специально написала для Транссибирского фестиваля и посвятила его двум музыкантам – Вадиму Репину и дирижеру Андресу Мустонену, которые исполнили пьесу «Диалог: Я и Ты» с Новосибирским академическим симфоническим оркестром. Это произведение перекликается по содержанию и силе эмоций с «Всадником», но переводит их в более личностный, дискуссионный план. Самое поразительное то, что композитор – хрупкая, немолодая женщина – через все годы и гонения (в свое время она входила в «семерку» неисполняемых в СССР композиторов) пронесла свои высокие юношеские идеалы, сохранила свежесть чувств, оголенные нервы, остроту неприятия несправедливости и ужасов этого мира, что с необычайной силой воплощается в ее сочинениях. Эта премьера, состоявшаяся в присутствии автора и с учетом ее замечаний и пожеланий, – главнейшее событие фестиваля и, полагаю, вообще последних лет музыкальной жизни города.

арт-фестиваль4.jpg

Пятый Транссибирский арт-фестиваль, который еще не закончился, – будет балет «Дама с камелиями» Большого театра в Новосибирске, концерты в других городах и странах, – представил нам панораму блистательных исполнителей со всего мира и гениальных музыкальных произведений. Но и новосибирские музыканты в целом показали очень высокий уровень, и это тоже важнейший вклад фестиваля в культуру региона, ибо, как известно, провинциальность – это отсутствие контекста. Творческий подвиг ежегодно совершает новосибирский симфонический оркестр: почти ежедневные концерты (а параллельно фестивалю продолжаются плановые выступления в абонементных циклах), репетиции, переключения с репертуарной и не очень классики на сочинения ХХ века, новейшие и вообще премьерные, постоянная смена дирижеров – всего оркестр за время фестиваля работал с пятью маэстро, и только один из них – «свой», главный дирижер Новосибирского академического симфонического оркестра Томас Зандерлинг. Оркестр каждый год подтверждает свой высочайший творческий уровень, это – наш «золотой фонд», и наше дело – его сохранить, так же как и фестиваль, делающий Новосибирск на несколько недель центром притяжения для лучших музыкантов мира и создающий в нем настоящую академию музыки.