Сибкрай.ru

Евгений Шавров: «Я – наглый студент!»


Arial<#two#>>В школе он учился на двойки, потому что ему было неинтересно тратить время на скучные предметы, аттестат получил с безнадежным баллом 3,8, а университет закончил с красным дипломом. Дальше ему предстоит аспирантура и деятельность генерального директора в учрежденной им фирме «Лайтскай». Выпускник факультета «Бизнес-информатика» СГУПСа Евгений Шавров, специалист в области информационных технологий  – один из тех молодых людей, кого хотели бы видеть на Первом международном молодежном инновационном форуме «Интерра» – ключевом российском событии в направлении «Молодежь: бизнес и инновации».

Arial<#two#>>– Евгений, вас считают чуть ли не гением компьютерной графики. Вы с самого начала обучения в вузе знали, на что вы способны?

Arial<#two#>>– Попав в первый набор факультета «Бизнес-информатика», первый-второй курс я фактически занимался тем, что искал, как себя прокормить. Меня вообще мало кто воспринимал всерьез. Раз на ректорате прозвучало: есть такой наглый студент… Ну представьте, парень не успел поступить – и  уже заявляет, что может сделать то, чего больше не может никто в вузе, а у него нет ни научных статей, ни наград, ни участия в проектах!

Arial<#two#>>– Что значит «не может никто»?

Arial<#two#>>– Каждый серьезный проект выполняет группа специалистов. Над проектом, связанным с компьютерной графикой, работают программист, который должен написать код, сделать техническое задание, моделлер – создать трехмерные объекты, художник – визуально оформить эти объекты, сетевик, сопрягающий  разное оборудование между собой, программист аппаратных решений, отвечающий за сопряжение аппаратуры. В разных областях – разные формы программирования; программист сетевого взаимодействия может быть асом в своей области, но ничего не может сделать за рамками своей компетенции. Не могу сказать, что я ас в каждой из этих специальностей, но попробовал себя в каждой из них.

Arial<#two#>>В школьные годы я получил художественное  образование – живопись, музыкальное – скрипка и фортепиано (неоконченное), хореографические – спортивные бальные танцы. Занимался плаванием, легкой атлетикой, альпинизмом – были и успехи, и промахи. То есть я старался везде себя проявить, испытать свои силы и способности. То же и с программированием. Знаю, что именно могу в этой области, знаю, чего пока не могу.

Arial<#two#>>– Если говорить о наградах, то они не заставили себя ждать.  В прошлом году вы заняли первое место на Всероссийской олимпиаде по программированию, проходившей во Владивостоке…

Arial<#two#>>– В 2005 году у меня было третье место, в 2006-м участвовать не получилось, в 2007-м – второе место, в прошлом году – первое. Также я неоднократно принимал участие в международных соревнованиях. Команда нашего университета доходила до 28-го места в полуфинале. Это хороший результат, если учесть серьезность данных соревнований.

Arial<#two#>> – Наверное, с самого начала дома у вас был навороченный компьютер? Ведь успешная деятельность в области компьютерной графики во многом зависит от стартовых условий.

Arial<#two#>>– Совсем наоборот! Первый компьютер появился у меня в 13 лет. Купили с рук доисторическое устройство, пятидесятидюймовый гроб – наверное, единственный в Юрге (я из Кемеровской области). У всех уже были «Пентиумы», а на моем ничего не работало, у всех пошли гигабайты, а у меня – 31 мегабайт. Как и многие дети, я начал познавать прелести информационных технологий с простейших приставок «Dendy» и «Sega», играя дни напролет. Естественно, после приобретения компьютера основной задачей стало написание собственной игры, но компьютер через полгода сгорел.

Arial<#two#>>В нашей школе не было нормального обучения информатике, этот предмет вел отставной моряк, предпочитавший рассказывать истории из своего прошлого. Но один парень, Коля, старше меня лет на десять, настраивал в школе сеть. К нему-то я и привязался с расспросами, как починить свой компьютер. Он позвал меня к себе домой, что-то показывал, но, по-моему, больше смеялся надо мной. В общем, я его слушал, брал самое важное для меня, дома пытался сам что-то делать, а потом ушел в развитие, методом проб и ошибок удалось постепенно набить руку. Вскоре моя семья смогла позволить себе хороший компьютер, и недели через две я уже нашел себе работу в Интернете. 

Arial<#two#>>– Это была удаленная работа?

Arial<#two#>>– Да, я начал заниматься удаленкой, указал под ником свои данные как художник, занимающийся визуальным оформлением компьютерных и мобильных игр. Никто не знал, сколько мне лет, со мной разговаривали как со специалистом-профессионалом. Там делается так – законы суровые: тебе дают тест, и если заказчика устраивает результат, значит, ты компетентен в этом вопросе. Никого не волнует твой возраст, главное, чтобы ты качественно выполнял свою работу. Родители сначала не верили, что таким образом можно было заработать деньги, но удаленка принесла свои плоды, и с десятого класса я практически перестал от них материально зависеть.

Arial<#two#>>– Итак, вы приступили к инновационным разработкам в университете…

Arial<#two#>>– Как я уже сказал, в университете меня до второго курса не воспринимали всерьез. Заметили после того, как мы с одногруппником Дмитрием Шуругиным попытались устроиться в управление информатизации университета. Начальником управления был Сергей Васильевич Емельянов, он занятой человек, который, скорее всего, в тот момент, не хотел тратить на нас много своего времени и задал такой вопрос: «А что вы можете?» – «А что вам надо?». Естественно, такой ответ заинтересовал его, и в разговоре он перечислил основные проблемы управления на тот момент. Этот вопрос стал для нас той лазейкой, которой мы и воспользовались. Мы с Дмитрием выбрали проблему, связанную с лабораторией «Безопасности движения поездов» (в тот момент она находилась в стадии проектирования). Основная проблема заключалась в создании трехмерного макета станции. Буквально за день мы приготовили небольшую презентационную модель трехмерной станции, по которой бегал локомотив. Мы ухватились обеими руками за возможность и не хотели упускать шанс, и через девять месяцев нам дали возможность участвовать в разработке.

Arial<#two#>>Почти год мы занимались созданием учебной лаборатории «Безопасность движения поездов», предназначенной для отработки профессиональных навыков железнодорожника в нестандартных ситуациях.

Arial<#two#>>– Из чего состоит эта лаборатория?

Arial<#two#>>– Она включает в себя макет железной дороги, состоящий из трех станций и перегонов; кабину машиниста (реальная кабина локомотива ВЛ-80к); три рабочих места дежурного по станции (ДСП), включающих в себя имитацию системы ГИД (график исполненного движения); место поездного диспетчера и девять мест, предназначенных для прикладных задач, поставленных перед студентами. Автоматизированное рабочее место «Кабина машиниста» – это комплекс, состоящий из системы управления, индикации (имитация приборов безопасности локомотива), визуального отображения положения локомотива в виде трехмерной проекции соответствующей макету железной дороги.

Arial<#two#>>В нашем университете есть хорошие программисты, которые занимаются подобными разработками, но работу, связанную с визуализацией, заказывают в сторонних организациях, так как это сложный процесс, который требует определенных навыков.

Arial<#two#>>Я участвовал в разработке двух лабораторий нашего университета – лаборатории «Безопасность движения поездов», о которой я только что рассказал, и «Локомотивные системы автоматики КЛУБ, САУТ, АЛС».

Arial<#two#>>Параллельно велись работы с дорожным центром внедрения Красноярской железной дороги для дорожно-технических школ. А именно програмно-технический комплекс проверки знаний и правильности действий локомотивных бригад при нестандартных ситуациях в поездной обстановке и интерактивной справочной системы по основным инструкция железнодорожного транспорта (ИСИ, ИДП, ПТЭ) с возможностью проверки знаний.

Arial<#two#>>– Какую цель вы ставите перед собой?

Arial<#two#>>– Я всегда хотел заниматься собственными проектами. А был человеком с улицы, как плиточник, который сделал работу, ему заплатили, и до свиданья. По сути, дарил свой интеллектуальный труд, а теперь, зарегистрировав фирму, как юридическое лицо я могу работать на себя, патентовать свои разработки.

Arial<#two#>>Меня поразил фильм «Проблеск гениальности» Марка Абрахама о физике, у которого фирма «Форд» украла изобретение, присвоила его себе. Борьба за авторство обошлась ему слишком дорогой ценой, хотя  ему предлагали миллионы долларов за молчание.

Arial<#two#>>В нашу лабораторию («Безопасность движения поездов») приезжали министры, ее кому только ни показывали, но на табличке написано: «Сделано руками работников кафедры». Но! Время прошло не зря. Не было бы работы в лаборатории – не появилась бы работа с Красноярской железной дорогой, не сделали бы мы себе имя, не накопили бы опыт. Мы зарабатывали саму возможность этим заниматься и вкладывали в эту работу весь свой потенциал. А теперь я могу открыть собственное дело – я к этому готов.


Arial<#two#>>В школе он учился на двойки, потому что ему было неинтересно тратить время на скучные предметы, аттестат получил с безнадежным баллом 3,8, а университет закончил с красным дипломом. Дальше ему предстоит аспирантура и деятельность генерального директора в учрежденной им фирме «Лайтскай». Выпускник факультета «Бизнес-информатика» СГУПСа Евгений Шавров, специалист в области информационных технологий  – один из тех молодых людей, кого хотели бы видеть на Первом международном молодежном инновационном форуме «Интерра» – ключевом российском событии в направлении «Молодежь: бизнес и инновации».

Arial<#two#>>– Евгений, вас считают чуть ли не гением компьютерной графики. Вы с самого начала обучения в вузе знали, на что вы способны?

Arial<#two#>>– Попав в первый набор факультета «Бизнес-информатика», первый-второй курс я фактически занимался тем, что искал, как себя прокормить. Меня вообще мало кто воспринимал всерьез. Раз на ректорате прозвучало: есть такой наглый студент… Ну представьте, парень не успел поступить – и  уже заявляет, что может сделать то, чего больше не может никто в вузе, а у него нет ни научных статей, ни наград, ни участия в проектах!

Arial<#two#>>– Что значит «не может никто»?

Arial<#two#>>– Каждый серьезный проект выполняет группа специалистов. Над проектом, связанным с компьютерной графикой, работают программист, который должен написать код, сделать техническое задание, моделлер – создать трехмерные объекты, художник – визуально оформить эти объекты, сетевик, сопрягающий  разное оборудование между собой, программист аппаратных решений, отвечающий за сопряжение аппаратуры. В разных областях – разные формы программирования; программист сетевого взаимодействия может быть асом в своей области, но ничего не может сделать за рамками своей компетенции. Не могу сказать, что я ас в каждой из этих специальностей, но попробовал себя в каждой из них.

Arial<#two#>>В школьные годы я получил художественное  образование – живопись, музыкальное – скрипка и фортепиано (неоконченное), хореографические – спортивные бальные танцы. Занимался плаванием, легкой атлетикой, альпинизмом – были и успехи, и промахи. То есть я старался везде себя проявить, испытать свои силы и способности. То же и с программированием. Знаю, что именно могу в этой области, знаю, чего пока не могу.

Arial<#two#>>– Если говорить о наградах, то они не заставили себя ждать.  В прошлом году вы заняли первое место на Всероссийской олимпиаде по программированию, проходившей во Владивостоке…

Arial<#two#>>– В 2005 году у меня было третье место, в 2006-м участвовать не получилось, в 2007-м – второе место, в прошлом году – первое. Также я неоднократно принимал участие в международных соревнованиях. Команда нашего университета доходила до 28-го места в полуфинале. Это хороший результат, если учесть серьезность данных соревнований.

Arial<#two#>> – Наверное, с самого начала дома у вас был навороченный компьютер? Ведь успешная деятельность в области компьютерной графики во многом зависит от стартовых условий.

Arial<#two#>>– Совсем наоборот! Первый компьютер появился у меня в 13 лет. Купили с рук доисторическое устройство, пятидесятидюймовый гроб – наверное, единственный в Юрге (я из Кемеровской области). У всех уже были «Пентиумы», а на моем ничего не работало, у всех пошли гигабайты, а у меня – 31 мегабайт. Как и многие дети, я начал познавать прелести информационных технологий с простейших приставок «Dendy» и «Sega», играя дни напролет. Естественно, после приобретения компьютера основной задачей стало написание собственной игры, но компьютер через полгода сгорел.

Arial<#two#>>В нашей школе не было нормального обучения информатике, этот предмет вел отставной моряк, предпочитавший рассказывать истории из своего прошлого. Но один парень, Коля, старше меня лет на десять, настраивал в школе сеть. К нему-то я и привязался с расспросами, как починить свой компьютер. Он позвал меня к себе домой, что-то показывал, но, по-моему, больше смеялся надо мной. В общем, я его слушал, брал самое важное для меня, дома пытался сам что-то делать, а потом ушел в развитие, методом проб и ошибок удалось постепенно набить руку. Вскоре моя семья смогла позволить себе хороший компьютер, и недели через две я уже нашел себе работу в Интернете. 

Arial<#two#>>– Это была удаленная работа?

Arial<#two#>>– Да, я начал заниматься удаленкой, указал под ником свои данные как художник, занимающийся визуальным оформлением компьютерных и мобильных игр. Никто не знал, сколько мне лет, со мной разговаривали как со специалистом-профессионалом. Там делается так – законы суровые: тебе дают тест, и если заказчика устраивает результат, значит, ты компетентен в этом вопросе. Никого не волнует твой возраст, главное, чтобы ты качественно выполнял свою работу. Родители сначала не верили, что таким образом можно было заработать деньги, но удаленка принесла свои плоды, и с десятого класса я практически перестал от них материально зависеть.

Arial<#two#>>– Итак, вы приступили к инновационным разработкам в университете…

Arial<#two#>>– Как я уже сказал, в университете меня до второго курса не воспринимали всерьез. Заметили после того, как мы с одногруппником Дмитрием Шуругиным попытались устроиться в управление информатизации университета. Начальником управления был Сергей Васильевич Емельянов, он занятой человек, который, скорее всего, в тот момент, не хотел тратить на нас много своего времени и задал такой вопрос: «А что вы можете?» – «А что вам надо?». Естественно, такой ответ заинтересовал его, и в разговоре он перечислил основные проблемы управления на тот момент. Этот вопрос стал для нас той лазейкой, которой мы и воспользовались. Мы с Дмитрием выбрали проблему, связанную с лабораторией «Безопасности движения поездов» (в тот момент она находилась в стадии проектирования). Основная проблема заключалась в создании трехмерного макета станции. Буквально за день мы приготовили небольшую презентационную модель трехмерной станции, по которой бегал локомотив. Мы ухватились обеими руками за возможность и не хотели упускать шанс, и через девять месяцев нам дали возможность участвовать в разработке.

Arial<#two#>>Почти год мы занимались созданием учебной лаборатории «Безопасность движения поездов», предназначенной для отработки профессиональных навыков железнодорожника в нестандартных ситуациях.

Arial<#two#>>– Из чего состоит эта лаборатория?

Arial<#two#>>– Она включает в себя макет железной дороги, состоящий из трех станций и перегонов; кабину машиниста (реальная кабина локомотива ВЛ-80к); три рабочих места дежурного по станции (ДСП), включающих в себя имитацию системы ГИД (график исполненного движения); место поездного диспетчера и девять мест, предназначенных для прикладных задач, поставленных перед студентами. Автоматизированное рабочее место «Кабина машиниста» – это комплекс, состоящий из системы управления, индикации (имитация приборов безопасности локомотива), визуального отображения положения локомотива в виде трехмерной проекции соответствующей макету железной дороги.

Arial<#two#>>В нашем университете есть хорошие программисты, которые занимаются подобными разработками, но работу, связанную с визуализацией, заказывают в сторонних организациях, так как это сложный процесс, который требует определенных навыков.

Arial<#two#>>Я участвовал в разработке двух лабораторий нашего университета – лаборатории «Безопасность движения поездов», о которой я только что рассказал, и «Локомотивные системы автоматики КЛУБ, САУТ, АЛС».

Arial<#two#>>Параллельно велись работы с дорожным центром внедрения Красноярской железной дороги для дорожно-технических школ. А именно програмно-технический комплекс проверки знаний и правильности действий локомотивных бригад при нестандартных ситуациях в поездной обстановке и интерактивной справочной системы по основным инструкция железнодорожного транспорта (ИСИ, ИДП, ПТЭ) с возможностью проверки знаний.

Arial<#two#>>– Какую цель вы ставите перед собой?

Arial<#two#>>– Я всегда хотел заниматься собственными проектами. А был человеком с улицы, как плиточник, который сделал работу, ему заплатили, и до свиданья. По сути, дарил свой интеллектуальный труд, а теперь, зарегистрировав фирму, как юридическое лицо я могу работать на себя, патентовать свои разработки.

Arial<#two#>>Меня поразил фильм «Проблеск гениальности» Марка Абрахама о физике, у которого фирма «Форд» украла изобретение, присвоила его себе. Борьба за авторство обошлась ему слишком дорогой ценой, хотя  ему предлагали миллионы долларов за молчание.

Arial<#two#>>В нашу лабораторию («Безопасность движения поездов») приезжали министры, ее кому только ни показывали, но на табличке написано: «Сделано руками работников кафедры». Но! Время прошло не зря. Не было бы работы в лаборатории – не появилась бы работа с Красноярской железной дорогой, не сделали бы мы себе имя, не накопили бы опыт. Мы зарабатывали саму возможность этим заниматься и вкладывали в эту работу весь свой потенциал. А теперь я могу открыть собственное дело – я к этому готов.



Читайте также